А на другой день за обедом досказал: оттого мы ничего не знаем, что и узнавать, должно, нечего. А тебе к чему нужно знать? А я сказал -- да, а жить-то как же?..
Плывут у нас по Волге ли, по Каме ли Таланты - все при шпаге, при плаще, - Руслан Халилов, мой сосед по камере, - Там Мао делать нечего вообще! 1978-1979..
А сверху сеет и сеет, и стынут кости. Да разве я мог бы поверить, что в середине серенького кислого сентября человек может мерзнуть в поле, как в лютую зиму?! Ан, оказывается, может...
Смотрите также:
Ли Маршалл и Умберто Эко. Под Сетью (интервью)
Стефано Бартедзаги. С днем рождения, профессор! Феноменология Умберто Эко
Има Санчис. Мне не нравится, когда сомневаются в моем авторитете (интервью)
Сергей Рейнгольд. Отравить монаха, или человеческие ценности по Умберто Эко
Вы читаете «Оно», страница 1 (прочитано 0%)
«Баудолино», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Внутренние рецензии», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Заметки на полях Имени розы», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Умберто Эко. Оно
Пер. с итал. - Е.Лифшиц.
---------------------------------------------------------------
- Как успехи, Профессор? - Генерал с трудом сдерживал нетерпение.
- Какие успехи? - переспросил Профессор Ка, он явно медлил с ответом.
- Целых пять лет вы работаете здесь внизу, и никто вас ни разу не
побеспокоил. Мы доверяем вам. Но сколько же можно верить на слово?! Пора
предъявить работу.
В голосе генерала слышалась угроза, и Ка устало махнул рукой, потом
улыбнулся:
- Вы попали в точку, Генерал. Я намеревался еще подождать. Но вы меня
раззадорили. Я сделал Его, - Профессор перешел на шепот, - и, клянусь
Солнцем, пора показать Его миру!
Он жестом пригласил Генерала в пещеру. Ка провел гостя в самую
глубину, туда, где сквозь узкое отверстие в стене пробивался тонкий луч
света. Там на ровном и гладком уступе лежало Оно.
По форме Оно напоминало миндальный орех, имело множество мелких
граней и блестело.
- Но ведь это... - Генерал растерялся. - Это камень.
В голубых глазах Профессора, спрятанных под густыми косматыми
бровями, мелькнули лукавые искорки:
- Да, - подтвердил он. - Камень. Но не такой, как все. Мы не станем
попирать его ногами. Лучше возьмем его в руку.
- В руку?
- Именно, Генерал. В этом камне сосредоточена великая сила, о которой
до сих пор и не смело мечтать человечество, мощь, равная мощи миллиона
людей. Смотрите...
Он положил руку на камень; сжал пальцы и крепко обхватил его, затем
поднял. Рука плотно обнимала камень, широкая часть лежала на ладони, а
острый конец торчал наружу и смотрел то вверх, то вниз, то на Генерала - в
зависимости от движений руки Профессора. Профессор сделал резкий выпад, и
конец камня прочертил в воздухе траекторию. Профессор рубанул сверху вниз,
на пути острия оказалась хрупкая порода уступа и - о чудо! - камень вошел
в нее, врезался, сделал трещину. Профессор ударил еще и еще раз -
образовалась выемка, потом глубокая воронка, он дробил, крошил породу,
превращал ее а порошок.
Генерал следил широко раскрытыми глазами, затаив дыхание.
- Невероятно, - проговорил он, сглатывая слюну.
- Это что, - торжествовал Профессор, - сущие пустяки! Хотя пальцами
вы ничего подобного все равно бы не сделали. Теперь смотрите! - Ученый
взял большой кокосовый орех, лежавший в углу, шершавый, крепкий - не
подступишься! - и протянул его Генералу:
- Ну же, сожмите обеими руками, раздавите его.
- Перестаньте, Ка, - голос Генерала дрогнул. - Вы прекрасно знаете,
что это невозможно, никто из нас не способен сделать этого... Только
динозавр - ударом лапы, и только динозавр лакомится мякотью и пьет сок...
- Хорошо, а теперь, - Профессор пришел в возбуждение, - а теперь
смотрите!
Он взял орех, положил на уступ в только что выбитую выемку, и схватил
камень, но по-другому, за острый конец, так, что широкая часть оказалась
снаружи.
Тем временем:
...
Поэт (в раздумьи). Этот человек говорит неспроста. Его грубая народная
мудрость легко ложится на мою тоскующую душу.
Шут. Решайтесь же поскорее, господин. А то, скучно читать ваши мысли.
Поэт. Вы правы, друг. От ваших слов веет здоровьем. Но почему вы
заговорили о читателях?
Шут. Я, господин, просто говорю, что пора оставить лишние разговоры и
перейти к делу. По некоторым признакам я вижу, что сам сочинитель нашего
разговора большой путаник. Без меня дело не обойдется - здравый смысл всегда
придет на помощь авторской фантазии.
Поэт. Окончательно ничего не понимаю. Но знаю, что корни народной
мудрости - темны и узловаты. Вы возбуждаете во мне доверие. Будьте
поверенным моей души. Знаете ли вы, кто я?
Шут. Отлично знаю. Вы - поэт, тоскующий в окружающей пошлости. Жалобы
свои вы изливаете в стихах, хотя и прекрасных, но непонятных, так как дух
ваш, вероятно, принадлежит иным поколениям.
Поэт. Клянусь, это так!
Шут. Сверх того, вы еще - прекрасный юноша, страстно влюбленный в не
менее прекрасную даму.
Поэт. Ни слова больше! Вы - сердцеведец! Скажите мне прежде всего, как
мне вести себя с прекрасной дамой?
Шут. Советую вам прежде всего посвятить ей одно из ваших стихотворений.
Или, еще лучше, - целый том.
Поэт. О, это уже давно сделано!
Шут. В таком случае, вам следует проводить с нею часы над морем,
намекая, что ваша любовь так же широка, как оно.
Поэт (полубессознательно).
В одну любовь, широкую, как море,
Что не вместят земные берега...
Шут. Или, наконец, расталкивать перед ней народ на площади, хотя бы
подвергаясь обвинениям в неуменьи вести себя на улице.
Поэт. О, все эти средства испытаны, милый друг.
Шут. И все-таки, ваша дама остается непреклонной?
Поэт...
"Библиотеки зарубежной фантастики и фэнтези".
IQB Group: создание сайтов и web дизайн, продвижение сайтов и оптимизация сайта.